Наши Маши

Наши Маши

Видеоинсталляция Максима Свищёва “Наши Маши” одним своим названием мягко подталкивает зрителя туда, где все смеются и радуются популярному телешоу “Наша Раша”. Маши, которых Максим Свищёв изобразил мультипликационно и показывает на двух больших экранах в смежных залах галереи Anna Nova именно оттуда: из причудливой российской реальности. Здесь голытьба строит по своим собственным представлениям о правильной жизни элитный гламур, и время от времени хотя бы на специальной рублевской помойке приобщается к остатками удовольствий high life. Свищев выбирает в свою первую фокус-группу девушек-гламурщиц, которые нежатся в лучах счастья, в то время как вторая фокус-группа из девушек-гопниц мокнет под дождичком за окном этого рая – элитного салона: светского, СПА или художественного – не все ли равно? Маши и тут и там натурально одни и те же, потому что социальная разница между ними случайна: гламурщицы – это вчерашние или завтрашние гопницы и наоборот. Они похожи как двойняшки, их общий предок – русская народная игрушка, слободская расписная ярмарочная красотка, устремленная к веселью и радости всеми своими широко открытыми подведенными глазами, розами на щеках и алыми губами.

Свищев инвестирует свою красоту в богатейший банк мультипликационных образов рубежа ХХ-XXI веков, где девчушки из японских порно-комиксов соседствуют с библейскими пророками, а ежик-в-тумане с несчастным Акакием Акакиевичем Башмачкиным, одним из самых трагических и волнующих героев европейского романтизма. Мультипликация, или анимация в начале XXI века благодаря развитию компьютерной графики становится самым употребляемым и влиятельным художественным языком современности. На этом языке гораздо проще говорить о жизни, чем на языке великих и перегруженных в старой культуре образов. И здесь снят подавляющий многих эффект “большого мастерства”. Анимация сохраняет самый общий смысл, но не грузит зрителя по-взрослому, оставляя ему свободу погружаться вглубь или дрейфовать дальше. Это и не плохо, и не хорошо: просто пришли новые времена, и человек, чтобы адаптироваться к новому образу жизни, гораздо более искусственному, чем раньше, сам меняется. Не обязательно превращаться в киборга, как думали в 1980-е, возможно, гибкий стиль комиксов манга дальше заглубился в техногенное будущее.

Свищёв со своими девушками гопницами и гламурщицами очень деликатен: его рисунок мягко и точно, без нажима, представляет все, как есть, с нейтральностью внеморальной восточной философии и с симпатией к миру собственных изображений, части которого легко поменяются местами, как день и ночь, пересекая прозрачную границу дождя, изящно и непринужденно наведенную художником.

Екатерина Андреева